Глава 3

Я шла по коридору, соблазнительно виляя бёдрами. Вслед мне удивленно оборачивались и даже шептались за спиной, но я упрямо шла вперед на высоченных каблуках, одолженных у Августы, первой модницы Ведической Академии. Правда, эти каблуки больше напоминали ходули скомороха, но они как нельзя лучше соответствовали нашему плану и отлично подчеркивали микроскопическое недоразумение, что кто-то по ошибке назвал юбкой.

Боевой раскрас и глубочайшее декольте дополняли образ соблазнительной крошки, в чем меня заверил весь третий этаж общежития, что собирал бойца невидимого фронта на войну — то есть меня к ректору.

Касаемо плана, то он был до жути прост: вламываемся в кабинет ректора под надуманным предлогом, очаровываем своей харизмой и, кхм, большими, выразительными глазами, потом «случайно» цепляемся каблуком за любой предмет обстановки и падаем ему прямо в руки. Ректор тут же признает во мне пару и, оглушенный счастьем, страстно целует, а дальше занавес и ценз. Вам рассказывать не буду, так как не знаю, совершеннолетние ли вы.

В общем, план казался простым и идеальным, пока я не ступила в приемную ректора и чуть не вскрикнула от разочарования. Все немаленькое помещение было битком набито размалёванными и расфуфыренными девицами. Да еще и полуголыми к тому же. Моя юбка казалась одеянием монашки по сравнению с лоскутками, что висели на этих бесстыжих. Вот же ж ведьмы!!

— А ты чего сюда приперлась?!

Из-за стойки выглянула злющая и какая-то растрепанная Аделаида. Оно и не удивительно, такая концентрация ведьм на один квадратный метр выведет из себя даже святого, не то что недолюбливающую все живое стерву Аделаиду.

Так, Джинни, возьми себя в руки. Ты идешь добывать себе счастье и зятя своей маме. Ох, еще же родителям не написала радостную новость! Но это потом, а сейчас нужно пройти эти кордоны и добраться до ректора. Я расправила плечи и, изобразив уверенность на лице, заявила змее-секретарше:

— Я к ректору по очень важному делу!

Рядом послышались смешки, а Аделаида устало вздохнула:

— Тут все по важному делу. Все до одной!

Обвела пёструю толпу секретарша.

— Но мне очень срочно, — я не сдавалась, — у меня, можно сказать, семейное дело к лорду Сэлмону.

— Коэн, не смей убивать мне последний нерв! — рявкнула секретарша. — У меня здесь четыре племянницы, две троюродные сестры и даже одна тетушка ректора, и все по семейным делам. Объясняла им, объясню и тебе. Ректор не принимает никого!!

Я мысленно присвистнула от изобретательности некоторых наших охотниц. Жаль, что сама не догадалась представиться родней Двэйну. А вдруг бы пропустили? Но нет, количество соискательниц внимания моего, МОЕГО! рыцаря было такое, что хотелось завыть и вцепиться в накрашенную морду всем и каждой. Никогда не была агрессивной и всегда старалась избегать конфликтов, а тут прям накрыло.

Ладно, Джинни, соберись! Это препятствие между тобой и таким желанным телом нужно устранить. А для этого подойдет хитрость, а не сила.

Силы у меня, в общем-то, посредственной ведьмы, не сказать, что много, а так… Для учебы и скромной перспективы на будущее хватило бы. Только вот теперь уж и не знаю, как тот мизер, что отмеряла мне матушка-природа, вяжется с образом сиятельной миссис Сэлмон.

Ох, опять мыслями не туда. Соберись, Джинни, будем решать проблемы по мере их поступления, а пока… У тебя тут еще ведьмы неразогнанные сидят, на мужика твоего слюни пускают.

— Ну что ж, пусть будет так… — ответила я Аделаиде с деланным разочарованием. — Но помните — если что — виноваты вы! Я приходила сообщить его светлости вовремя, но вы меня не пустили.

И с этими словами я развернулась на своих огроменных каблуках, сделав вид, что собираюсь уходить.

Знаете, от какой болезни страдают ведьмы еще больше, чем от стервозности? Правильно, от любопытства! И Аделаида не была исключением.

— Коэн, стой! — окликнула меня секретарь, выходя из-за стойки. — Что ты должна была сообщить такого важного?

— О, ничего! — весело и громко ответила я. — Сущие пустяки! Просто к нам на территорию Академии забрел ворх, и я решила немедленно доложить начальству. Это ведь опасно!

— Ворх? — удивленно протянула Аделаида. — Слушай, Коэн, а какого он цвета?

— Так красный! — ответила я, глупо хлопая ресницами.

Секретарша шумно втянула воздух, а по толпе ведьмочек прошелся шепот, что постепенно нарастал в гул. Еще бы! Целый ворх, да еще и красный!

Дело в том, что эти небольшие, но очень ядовитые чудовища были редкими, злющими и опасными. Даже рыцари остерегались связываться с этими мелкими, но злобными монстриками.

Рыцари, маги, вояки… Но только не ведьмы. Вот как раз ведьм ворхам стоило опасаться самим, особенно красным. Ведь все в этом «милом» животном шло на зелье и было исключительно редким ингредиентом. Чудодейственные средства, начиная с мазей от прыщей и прочих дефектов и до реальных изменений внешности навсегда (была уродина — стала красавица), но самое главное! Плавники красного ворха были незаменимым компонентом очень-очень ядрёного любовного зелья, о котором ходили легенды среди ведьмочек. Конечно, зелье было не таким мощным средством, как кулон Зибиллы, но древний артефакт давно исчез, а вот напиток гипотетически приготовить можно было. Особенно если под боком ошивается красный ворх. А кто не захочет обладать властью влюбить в себя понравившегося мужчину, да так, что он будет готов целовать тебе ноги? Правильно, среди ведьм идиоток не водится, ну почти!

Так что, забросив эту коварную наживку, я, притворно вздохнув, сказала:

— Расскажите, пожалуйста, ректору об этом, а то кто-то может пострадать.

— А ты не врешь? — с подозрением посмотрела на меня Аделаида, нехорошо прищурив глаза.

— Нет! Но решайте сами, верить мне или нет, госпожа Аделаида! — с милой улыбкой ответила секретарше-злюке и демонстративно отвела от нее взгляд, пройдясь по рядам ведьм, полных мучительных сомнений и раздумий. И тут же остановилась на курносом лице Инги. Вот это удача!!!

— Инга, — громко позвала я нашу местную знаменитость, что, в отличие от остальных ведьм, коллекционировала не зелья и разбитые сердца, а оружие. — Тот топор из сурранской стали, что острее любого ножа, у тебя еще есть? Одолжишь?

Носик Инги взметнулся еще выше вверх, как будто она уже чуяла им добычу, но мне девушка ответила не сразу, немного помявшись.

— Эмм… Да, Джинни, он есть, но совершенно не наточен. Знаешь, я сейчас его приведу в порядок и тебе занесу. Потом… Я сейчас.

И Инга рванула в сторону общаги, а мне оставалось только посторониться, пропуская ее.

— Ой, знаете, я тут тоже кое-что вспомнила… Мне нужно... Эээ… Цветы полить. Мою очередь можете не держать.

Еще одна адептка скрылась за порогом, и вот тогда-то и началась настоящая лавина. Уже не придумывая никаких оправданий, толпа размалеванных ведьм ломанулась на выход, а впереди всех бежала глубокоуважаемая секретарша нашего ректора Аделаида, неприлично расталкивая соперниц помоложе локтями. Пыхтя и пробивая себе дорогу к вожделенному ингредиенту.

Я лишь только успела посторониться и покачать им вслед головой. Каким бедным был бы тот ворх, если бы реально оказался на территории академии.

Ладно, затягивать не будем. Первое и серьёзное препятствие устранено, и можно приступать к десерту. Где ты, моя лапочка-ректор? Джинни уже идет!

Поправив прическу и подтянув повыше бюстгальтер, чтобы в декольте хоть что-то виднелось, я уверенной походкой поплыла в приемную. Нет, со стороны это могло выглядеть, как «похромала», а не «поплыла», но мне хочется верить в лучшее.

Итак, подойдя к двери, я уже подняла руку, чтобы постучать, но тут же опустила ее, передумав, и просто дернула ручку двери на себя. Эффект неожиданности теоретически должен сыграть мне на руку.

Мда, сыграл. К моей большой неожиданности в кабинете никого не оказалось. Только привычная обстановка и утренний друг-портрет. Разочарованно вздохнув и послав красавцу в рамке воздушный поцелуй, я захлопнула дверь и с грустью подумала о том, что делать дальше. По идее сейчас лучше было бы схорониться в каком-нибудь укромном уголке на неделю, так как ведьмы, не найдя желанного красного ворха, пойдут мстить обманувшей их товарке. И уж тогда мне точно несдобровать. Я-то надеялась по-быстрячку облапить Двэйна и спрятаться уже у него, в ректорских покоях, где я с комфортом и удовольствием отсижу бурю. Но нет, непоседливого ректора на месте не оказалось. И что теперь делать?

Возможно, пойти в столовую? А вдруг он там? Но нет, сама усмехнулась своей наивности. Если преподаватели иногда и жаловали нас своим вниманием, то уж ректор навряд ли будет. Не все такие, как Эмма Грейл. Вот Ее Величество любила с нами обедать в шумной компании и совсем не считала это унизительным. Ах, как мои родители радовались, когда в малышке Джинни проснулся дар. Ведь для ведьм нет социальных границ. Мы везде хозяйки и госпожи.

Ладно, хозяйка и госпожа, куда дальше?

В раздумьях я вышла из приемной ректора и решила спуститься в холл. Стоит поискать Двэйна на территории, еще рано сдаваться! Заодно притворюсь, что тоже ищу ворха.

Ах, ты ж!!! Кстати, о кровожадных чудовищах!!!!

Ректор нашелся намного раньше, чем я предполагала. Прямо возле лестницы и в компании Марианны Альбицци, что томно пожирала его взглядом и при этом умудрялась изображать скромность на лице.

Вообще-то ведьмы очень дружный народ. Дружно натворят, дружно прикопают, если надо. Но, как и в любом белом и пушистом стаде, у нас тоже завелась своя наглая и высокомерная овца. Заносчивая блондинка Марианна была какой-то там родственницей короля и носила себя так, будто это она будущая главная ведьма. Чем выводила из себя даже миролюбивую Поппи, не говоря уже об остальных. Так что в академии терпели несносную девицу, но желающих с ней дружить было очень мало.

Так вот, рядом с моей магической парой стояла Марианна Альбицци и улыбалась красавчику Двэйну во все тридцать два зуба. И будто этого было мало!! Что-то нежно воркуя, эта зараза плавно положила руку ему на лацкан, сбрасывая невидимую пылинку.

Ррррррр!! О нет, это не рык появившегося из ниоткуда ворха, это звук проснувшегося во мне кровожадного чудовища. У Джинни тронули святое!!! Джинни идет убивать!!

И да, Джинни побежала убивать!!! Правда, недолго бежала, так как в кровавом тумане, что заполонил мозги, совершенно забыла, что одета не в свои милые сердцу удобные туфельки, а в модные ходули Августы. Где-то там, на полпути к желанной цели, я зацепилась ногой за ногу и с громким воплем возмущения, разочарования и обиды на весь мир полетела на воркующую парочку.

Может, это и к лучшему, отстраненно думала я, наблюдая за стремительно приближающимися шокированными лицами ректора и Марианны. Упаду сейчас на них, прикоснусь к Двэйну, и тот сразу же поймет, что я его пара, и признает во мне любовь всей своей жизни. Правда, признает ненадолго, так как, судя по траектории, дальше мы свалимся на лестницу, в которой как минимум двадцать два пролета по десять ступенек каждый, и на этом закончится наша счастливая, но недолгая совместная жизнь. Ну хоть умрем в один день! Вот такой вот романтичный финал!

Но я ошибалась — эпичного финала не случилось. В одну секунду сориентировавшийся маркиз толкнул Марианну и сам отступил в сторону, открывая мне свободный доступ к лестничному пролету и возможность отправиться в эпическое путешествие в гордом одиночестве.

Эй!!! А как же... умереть в один день?

Передо мной нетерпеливо распахнули объятия мраморные ступеньки в ожидании теплой встречи, как чья-то сильная рука остановила мой полет, ухватившись за ткань кофты на спине. Так я и зависла над пропастью пролета, упираясь цыпочками в край лестницы и повиснув на ткани собственной кофты, что сильно натянулась и угрожающе затрещала. Но вместо того, чтобы вся жизнь пролетела у меня перед глазами, сейчас я отстраненно думала о двух вещах. Во-первых, как он умудрился меня схватить, не прикоснувшись и к миллиметру моего тела?

А во-вторых, интересно, вон та пуговица, что так красиво и фигурно попрыгала по лестнице, часом была не той единственной, что скрывала мою скромную двоечку от знакомства с окружающим миром? Ведь откровенное декольте от топлес отличала именно она.

Но додумать мне не дали. Магическим потоком Двэйн Сэлмон подхватил мою висящую на одном честном слове тушку и бросил в руки шокированной Марианны. При этом мой непотребный вид ректор умудрился скрыть от собственных глаз.

— Вы говорили, что готовы помочь мне в любое время, адептка Альбицци? Думаю, такой случай представился прямо сейчас. Проводите, пожалуйста, мисс Коэн в ее комнату и помогите привести себя в надлежащий вид. А также объясните ей правила дресс-кода в Академии.

Голос Двэйна звучал строго и холодно. Правда, Марианна все же попыталась возразить ему. Оттолкнув меня от себя, девушка заявила:

— Но маркиз Хартфорт, я совсем не это имела в виду!

— А я это! — жестко отрезал Двэйн. Я бы с удовольствием полюбовалась его лицом в этот момент, но проклятая кофточка все никак не хотела приводиться в порядок, и мне оставалось только довольствоваться кислой рожей Марианны.

— И адептка Коэн, вы уже второй раз за день пытаетесь заниматься членовредительством при мне. Думаю, это уже чересчур! Сделайте что-нибудь полезное и менее травматичное, пока я не придумал вам занятие сам.

Ох, и что это только что было! Уже не обращая внимание на свой не совсем приличный внешний вид, я обернулась, чтобы посмотреть в глаза собственной магической паре, что строго вычитал меня в присутствии чуть ли не главной заразы Академии. Но сумела только пробуравить спину уходящего ректора!

— Ты все испортила, идиотка! — в это время очнулась Марианна и вспомнила, что она как бы стерва и надо соответствовать званию. — Какого черта ты вообще к нам полезла?! Я, можно сказать, его почти захомутала!!

О, Марианна, Марианна, при всей своей заносчивости ты никогда не отличалась умом и сообразительностью. А сейчас они тебе бы не помешали, а также суперспособность держать рот на замке. Что ты там хотела, Джинни? Убивать? Вот и случай представился.

Не говоря ни слова, я развернулась к Альбицци и тихо, молча, без лишних эмоций вцепилась этой дуре в белобрысые патлы! Да... Стресс мы, ведьмы, тоже снимать умеем.