Глава 8

А дальше все завертелось и понеслось. Целую неделю мы с Сигизмундом чередовали знакомство с огромнейшей библиотекой моего замка (приятно знать, что я такая интеллигентная девочка и подсознательно наколдовала себе вот этот вот рай для приемщика макулатуры). Грустно было то, что практически ничего интересного в нем не нашлось, а вот жуткого хоть отбавляй. Рыцарские романчики чередовались с древними фолиантами по сохранению колдовской красоты и кровавыми мессами, инструкциями по правильному пытанию врагов и методике консервации оторванных конечностей.

— Ваши предшественницы были не самыми... эмм... доброжелательными ведьмами, — развел крыльями Сигги, когда я по незнанию открыла первый попавшийся том этой познавательной литературки и в ужасе отшвырнула его от себя, наткнувшись на картинку.

Жуть, да и только, но вот по сути вся эта возня оказалась пустой тратой времени, и никакой полезной информации мы здесь не нашли. К сожалению, наших с Сигги рук катастрофически не хватало.

Ведь свин после последнего происшествия отказывался нам помогать, являясь крайне редко, и вел себя на удивление тихо. Правда, на удивление тихо для этого Хрюнделя, поскольку оскорбления и стенания по поводу доставшейся ему бездарности-ведьмы никуда не делись, просто их количество немного уменьшилось. А в общем, кабанья голова оставался настоящей свиньей и совершенно не хотел верить в мою затею, рассказывая, что приличные венирские ведьмы так не поступают и что позор на его седую щетину исключительно моя заслуга.

Когда вся эта подробно-кроваво-ванильная нудотень и завывания Хрюнделя меня доставали, мы с Сигги отправлялись изучать лес. И вот тут, я вам скажу, сердце мое дрогнуло.

Венирский лес был прекрасен загадочной и немного мрачной красотой. Когда он не тонул в противном белесом тумане, перед вами открывалась удивительная картина дикой природы. Огромные сосны, покрытые темно-зеленым мхом, тянулись чуть ли не к самым облакам. Мягкий покров изумрудной травы иногда сменялся фиолетовыми кустиками с нежно-голубыми ягодками, что светились во тьме.

— Они очень вкусные, — подсказал мне Сигги, когда я протянула руку, чтобы сорвать одну. — Правда, сейчас еще не созрели и очень ядовитые, но вам беспокоиться не о чем, госпожа, лес вам никогда не навредит.

— Нет уж, спасибо, Сигизмунд, — ответила я, отдергивая руку от такой привлекательной отравы. — Я уж как-то без ягод обойдусь.

И это правда, ведь дел и без сомнительных ягодок было невпроворот. На моём попечении оказался целый полк голодных ртов, которых нужно было кормить магически.

Во-первых, те самые гризли-труски, что так жутко напугали меня в первый день. На деле они оказались самыми добрыми и безобидными из всех обитателей Венирского леса. Эти громадины были исключительными вегетарианцами с абсолютно пацифистскими взглядами на жизнь, так что даже Коллин не смогла заставить их жрать свои жертвы и всего лишь использовала мишек как устрашающий прием.

Труски жили в огромных норах недалеко от моего замка и имели целое поселение, если не сказать городок. Симпатичные домики из сосновых колод, огородики с какой-то рассадой и ребятня, мотающаяся по улице. Картина умиротворяющая и напоминающая обыкновенную человеческую деревню, если забыть о том, что жители клыкасты и обрастают шерстью.

Вторыми по численности были пикси. Очень вредный и своенравный народец. Сначала, увидев их, я подумала, что стала обладательницей целой колонии настоящих фей, отчего девочка внутри меня запищала в восторге. Но когда эти пакостники улыбнулись мне, показывая острые зубки, и, почти не скрываясь, утащили несколько перьев с хвоста возмущенного Сигги, я поняла, что добротой здесь и не пахнет.

Ну а дальше были странные гигантские олени, мрачные птицы, больше похожие на птеродактилей, недоверчивые зеленые гномы...

Сказочного люду оказалось так много и так разнообразно, что голова у меня просто пухла от их количества. И у всех были просьбы, жалобы, пожелания...

Правда, высказывать госпоже в грубой форме никто не смел, но намеки лились из всех углов и все хотели только одного — магии.

— Госпожа, ягод стало меньше, может, того... подсобите!

— Госпожа, гнезда совсем захирели и стали распадаться, может, сиятельная поможете?

— Госпожа...

— Госпожа…

От этого нытья голова ходила кругом, а магия требовала своего, но я мужественно держалась, пытаясь не поддаться соблазну, а такой был.

Через несколько дней после свидания с Николеттой и моего безуспешного метания между библиотекой и лесным народом щедрые герцогские стражники притащили мне очередную добычу.

На этот раз девица оказалась не такой наивной дурочкой, как предыдущая, но была не менее напугана и до потери пульса рада, что я ее отпускаю.

“Что-то изменилось”, — думала я, провожая взглядом улепетывающую девицу и напрочь игнорируя причитания Сигги за спиной.

Причем изменения шли с двух сторон. Неугодная супружница хоть и боялась, но поглядывала на меня с какой-то тайной надеждой. И мне даже показалось, что она совсем не удивилась, услышав, что сбрендившая на почве милосердия ведьма отпускает ее восвояси.

“Неужто слух по герцогству пошел?” — задала себе закономерно-логичный вопрос и ответила сама же утвердительно.

Конечно, пошел, как не пойти, если впервые за тысячи лет девица вернулась домой из Венирского леса. И не просто вернулась, а триумфально возвратилась в дом негодяя мужа, поставив последнего к ноге.

Так что слухи уже пошли по герцогству, а может, и за его пределы, и вот сейчас намечался главный мой вопрос. Чем это чревато одной упрямой чародейке-вегетарианке?

— Высшие силы, что же скажет герцог, — на высокой ноте простонал Сигизмунд за моей спиной, будто бы откликаясь на невысказанный вопрос.

— А нам так важно, что скажет этот буржуй? — я обернулась к своему приспешнику, ухватившись за возможность узнать побольше про всю ту опу, в которой оказалась.

— Ох, госпожа, герцог очень могущественный и влиятельный вельможа. С ним даже Коллин пыталась быть в хороших отношениях…

И птиц сделал такую многозначительную паузу, как бы говоря: “В отличие от тебя, балбеска”.

— Я даже боюсь представить, чем это для нас закончится.

— Что же там за герцог такой? — мне стало искренне интересно, но ворон совсем не разделял моего настроения.

— С его светлостью Реймондом Вторым лучше не связываться, госпожа. Он не только сильный маг, но еще и мудрый, хитрый правитель и стратег. Его враги долго не живут.

— Не нагнетай, Сигги, — беспечно отмахнулась я, но, по правде, у меня засосало под ложечкой от его слов и плохих предчувствий. — Сам же говорил, что в лесу я в полной безопасности и никто мне не повредит.

— Так-то оно так, госпожа, но жизнь полна сюрпризов и зачастую неприятных, — философски изрек птиц и оказался чертовски прав.

Уже на следующий день магия леса сообщила мне, что на границе меня ждут дорогие гости.

Я еще не очень уверенно владела ею, но с каждым днем чары будто приживались во мне и укреплялись все сильнее, что давало надежду на то, что никакие порталы больше не будут меня похищать.

И вот в тот момент, когда мы с Сигги в очередной раз штудировали библиотеку в поисках выхода, я вдруг четко осознала, что меня ждут у кромки. Даже больше того.

На глаза нашла пелена, и я будто сквозь мутное стекло увидела четыре фигуры, завернутые в плащи. Судя по военной выправке и широким плечам, под покровом вряд ли прятались девицы, а значит...

— Коллин, выйди немедленно, я хочу с тобой поговорить, — голос принадлежал одному из этих четырех, но, к сожалению, картинка была такой мутной, что разобрать, кому он принадлежит, никак не получалось.

Но тон я определила без проблем. Властный, привыкший повелевать и с плохо скрываемыми нотками раздражения. Я даже не стала гадать, кого же мне сегодня послал этот безумный магический мир. Похоже на то, что к нам пожаловал лично его светлость венирский герцог. Ну что ж, Сашенька, давай, собирайся. Этого визита стоило ожидать.

— Сигизмунд, у нас гости. Нужно встретить их как полагается, — сообщила ворону и поднялась с места.

Да-да, гостеприимство наше все, даже если от таких визитов ничего хорошего не ожидаешь.